Гей портал Беларуси

Трэвис Мэтьюз о кино, геях и Джеймсе Франко

   

В фильме «Разыскивающий» 1980 года Аль Пачино играет полицейского под прикрытием, расследующего убийства в мире садо-мазохистских гей-клубов Нью-Йорка. «Разыскивающий» вызвал множество споров, и в ходе достаточно громкого скандала, по требованию Американской ассоциации кинокомпаний режиссер Уильям Фридкин вырезает сорок минут откровенно сексуальных сцен. Эти сорок минут никогда больше не показывались публично. 

Трэвис Мэтьюз о кино, геях и Джеймсе Франко

В 2012 году Джеймс Франко и режиссёр Трэвис Мэтьюз решили воссоздать эти сорок минут фильма; и оттолкнувшись от них, создали целое обширное исследование сексуальной и творческой свободы, под названием «Интерьер: Садо-мазо-гей бар».
Fastcult поговорил с Мэтьюзом, сорежиссёром Франко, об этом опыте.



— У фильма два автора, вы и Джеймс Франко. А кто из вас все это придумал?

— Это все Джеймс. Ему принадлежит идея снять кино, пересекающееся с «Разыскивающим» Уильяма Фридкина и изобилующее сценами секса. Он искал соавтора, который бы уже имел дело со съемками настоящего секса, и так я и попал в этот проект. А Джеймс обо мне узнал благодаря моей первой полнометражной работе «Я хочу твоей любви», которая на тот момент ездила по фестивалям. 


— Получается, до этого момента с Франко вы вообще никак не пересекались? 

— Нет. Сначала он посмотрел мой фильм и написал электронное письмо. А дальше мы созвонились. И только потом он предложил сотрудничество. 


— Вас это не смутило? Сейчас Франко уже сформировался как независимый режиссер, тогда же он был прежде всего известен как актер, снимающийся в голливудских блокбастерах вроде «Человека-паука». 

— Ну, он художник прежде всего. И всегда им был. И как художнику, я думаю, ему интересны подобные пограничные темы. Потом на него явно произвел большое впечатление фильм Фридкина. Вот так это все и родилось. Так что меня ничего не смущало. 

— Вы видели удаленные сцены из «Разыскивающего», о которых идет речь в вашем кино? Они вообще существуют? 

— О, эти сцены являются частью мифологии, которая стоит за «Разыскивающим». Одни говорят, что их уничтожили, другие — что эти сцены есть на руках у Фридкина и студии. В любом случае их никогда и нигде не показывали публично. Так что ни я, ни Джеймс эти сцены не видели. Поэтому мы в своей работе опирались на дополнительные материалы официального релиза фильма и собственную фантазию. 


— Чтобы снять такое кино, вам, наверное, потребовалось получить от создателей оригинала какое-нибудь официальное разрешение? 

— Мы очень осторожно себя вели с оригиналом, не хотели, чтобы получился римейк или нарушение интеллектуальной собственности. Кажется, нам это удалось. «Интерьер» — наша собственная вещь, обособленная и оригинальная. Так что никакого разрешения или напутствия мы ни у кого не спрашивали. Единственное, что нам потребовалось сделать — держать много людей вокруг себя, чтобы показывать им материал и иметь мнение со стороны, поскольку фильм включает в себя довольно провокационный контент. Такая фокус-группа у нас была, и это пошло фильму на пользу. 


— А Фридкин видел ваш фильм? 

— Едва ли. Но, мне кажется, если бы он и наткнулся на фильм, то прошел бы мимо, чтобы не задевать старые раны. Он ведь многого натерпелся с «Разыскивающим», не думаю, что он захотел бы к этому вот так вот возвращаться. 


— Как бы вы определили жанр фильма? Это не игровое кино, и не чистая документалистика. 

— Докуфикшн — смесь художественного кино и документального. Еще вот меня часто спрашивают, где в моих фильмах грань между порнографией и арт-кино с настоящим сексом. По мне, так любой фильм, авторы которого выворачивают свою душу наизнанку — это порно. Вообще, у меня во многих работах встречается сцены с сексом, но это никогда не было моим мотиватором. 


— Расскажите, как вы с Франко распределили обязанности на съемочной площадке? 

— Очень просто — мы с ним были соавторами во всем и до самого конца. Мы с ним одинаково видели историю, к тому же у нас с ним совпадают темпераменты, так что тут никаких проблем не возникало.


— При этом во второй половине фильма Джеймс в определенный момент исчезает из кадра и как будто выбывает из проекта. Почему? 

— Это очень важный момент, потому что Джеймсу необходимо было исчезнуть ближе к финалу. Это потребовалось для того, чтобы наш главный актер Вэл, изображающий Аль Пачино из оригинала, наконец-то обрел независимость. До этого момента Джеймс его все время поддерживал и опекал, тогда как Вэлу необходимо было встать на собственные ноги и начать мыслить самостоятельно. Из фильма Франко при этом не выбывал никогда, мы занимались им вместе до конца. 


— Синопсис фильма на русском языке гласит о том, что проект стал для вас с Франко исследованием творческой и сексуальной свободы. Что для вас стало результатом этого исследования? 

— Для меня фильм рассказывает о всех типах ограничений — творческих, личных, сексуальных. Вопрос цензуры и самоцензуры нами тоже остро поднимается. Это заложено даже в то, как фильм устроен. Еще я хотел бы отметить, что это скорее квир-кино, чем гей.


— На какой прокат может рассчитывать подобное кино? У фильма сложилась удачная фестивальная история — премьера на Санденсе, показ в рамках Берлинале и другие смотры. А как насчет демонстрации в обычных кинотеатрах? 

— Знаете, все сложилось очень удачно во всех отношениях. Фильм показали на разных мировых фестивалях, также мы продали права для ограниченного проката в разных странах. В одних странах фильм покажут на одном сеансе с другими короткометражными работами Франко, в других — с моими. Что касается американского релиза — он уже назначен на начало следующего года. 


— Раз вы так остались довольны результатом, с Франко вы еще планируете сотрудничать? 

— Джеймс согласился выступить в качестве продюсера на моем следующем полнометражном фильме. Также на днях мы обсуждали идеи для нашего следующего фильма, к работе над которым мы, наверное, приступим не раньше следующего года. В общем, совместных планов у нас выше крыши, посмотрим, какие из них воплотятся в жизнь. 


— В вашей фильмографии есть целая серия работ с одним и тем же названием — «В их комнате», но с разными подзаголовками: «Берлин», «Лондон». Что эти фильмы собой представляют? 

— Это мой личный исследовательский проект, в рамках которого я захожу в спальни знакомых и не очень гей-пар и снимаю их портреты на камеру. Мы разговариваем об интимности, любви, сексе и парнях. Часто видео получаются забавными и сексуальными, иногда меланхоличными. Проект международный. На данный момент мы проводили съемки в Берлине, Лондоне и Сан Франциско. Когда-нибудь я мечтаю посетить и Москву. 

Всего комментариев : 0

 

 ПОПУЛЯРНОЕ

Мэр Ивано-Франковска отказал геям в праве быть патриотами Украины

CityDog опубликовал статью о закрытой ЛГБТ-вечеринке, «засветив» ее участников. Нарушен закон о СМИ?

Гей-пара сыграла первую в истории Кипра публичную однополую свадьбу

В китайских сериалах запретили секс, ведьм и геев

ВПА призывает к повсеместной декриминализации гомосексуальности

 ПОСЛЕДНЕЕ

Игротека Queerspace состоится 13 апреля

Презентация книги «Женский активизм в Беларуси»

Без «радужных флагов», но вместе со всеми

ВПА призывает к повсеместной декриминализации гомосексуальности

Балтийский прайд 2016 пройдет в Вильнюсе с 16 по 22 июня

 

ТЕГИ ❯

кино, БДСМ, Интервью, Джеймс Франко, Трэвис Мэтьюз, культура

 

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ ❯