Гей портал Беларуси

Парни сыгравшие свадьбу на Гей-прайд в Кишиневе дали интервью

   

Олег и Андрей – те самые двое парней, которые недавно сыграли свою свадьбу в кишиневском ночном клубе «Star Track» на ЛГБТ-прайде-2007. Оба приехали из Николаева, где с недавних пор живут. Олег познакомился с Андреем в Кишиневе на самом первом ЛГБТ-прайде… и забрал парня с собой на Украину.


33-летний Олег приезжает на кишиневские прайды с самого начала. Там и приметил Андрея. Олег по образованию историк, преподавал всемирную историю после окончания педагогического вуза. Сейчас работает в компании, занимающейся строительством. Еще является региональным координатором николаевской ассоциации ЛГБТ - ЛИГА, первой, официально зарегистрированной на Украине в 1996 году организации для сексуальных меньшинств. Познакомившись с Алексеем Марчковым и Максимом Анмегикяном из кишиневского Центра информации «GenderDoc-M», Олег стал приезжать на прайды.

25-летний Андрей родом из Данчен района Яловень, учился на газоэлектросварщика. Как-то купил кишиневский журнал «Зеркало» и понял, что он не один такой. Стал общаться с единомышленниками в GenderDoc-M , был волонтером, обслуживал прайд в качестве бармена, где и встретил Олега.

Андрей: На самом первом прайде мы просто познакомились. На следующем - встретились опять. Потом попали вместе на психологический тренинг. Психологи создали атмосферу теплого общения, это и подтолкнуло нас друг к другу. Олег пригласил меня к себе в номер, где я случайно вылил на себя бутылку колы… В общем, классика! Около полугода я жил то в Молдове, то на Украине. А в августе 2003 года Олег сказал: надоело, что мы все время врозь, переезжай ко мне! Жилье сняли. Квартиры своей нет, но есть своя машина.

- Когда люди решают жить вместе - всегда спрашивают: а как это восприняла семья?

Андрей: Я жил с мамой, отчимом и сестрой. Так случилось, что они обо всем узнали после того, как на прайде мы выиграли конкурс, в котором лучшая семейная пара должна была приготовить салат. Нас буквально вытащили на сцену, мы взяли приз и попали в объективы телекамер. В тот же день интервью с нами увидела вся Молдова. Мы дали согласие на съемки, но реакция все равно была неожиданной. В тот же день мы уехали на Украину, а матери стали звонить соседи и знакомые, говорили: мол, Люба, ты видела, как женилась твоя дочь? Мама плакала и расстраивалась. Но потом вмешалась сестра. Она живет в Италии и смотрит на все более демократично.

Олег: Я к тому времени был достаточно публичным человеком, и уже прошел все это. Мы приехали к родным Андрея, которые живут в доме на земле, и начали помогать по хозяйству – там поубираем, там вскопаем. И отношение изменилось. Мы стали говорить. Поговорили с отчимом. Он прекрасно нас воспринял.
Окончательно отношения сложись после того, как у Андрея умер дед. Получилось полное примирение на похоронах. Никогда не забуду этот момент. Меня попросили нести крышку гроба. Я чувствовал себя как на раскаленной сковородке. Иду, а на меня смотрит все село… Семья увидела, что мы все бросили и приехали, что мы помогаем в тяжелый час. И это оценили.

Андрей: Мама сказала, что теперь у нее два сына. Правда, шурин своего мнения не меняет. Говорит, что нельзя отпускать детей к бабке, так они в ее доме «заболеют гомосексуализмом».

Олег: У меня и со своей семьей очень тяжело складывалось. Я всегда был близок к матери, помогал нянчить младшего брата, так как мы жили без отца. Но на тему своего личного выбора никогда не пытался открыто разговаривать. Потом мама вышла замуж. Я предложил ей работать в нашей ассоциации, она у меня экономист. И мама увидела, как реагируют на наше сообщество другие – служащие МВД, социологи, иностранные эксперты.
Я вам скажу, пример официальных лиц очень много значит. Мама видела, как приезжали иностранные делегации, изучали проблемы, пытались понять нас, интегрировать в общество. У нас в ЛИГЕ отслеживают, что пишет пресса. Украинская газета «Гармония», например, недавно опубликовала статью ученого-профессора под названием «Папа любит другого мужчину». Автор писал, что быть геем - не болезнь, что обществу нужно привыкать к многообразию, что речь идет только о секс-мотивации, что геи - не наркоманы, не проститутки. Это была не проплаченная статья, и она убеждала.

- Вы получили символический документ о регистрации брака. А если бы можно было на самом деле оформить отношения? Статистика стран, где однополые браки разрешены, показывает: очень немногие пользуются своим правом. Почему?

Олег: Я уверен, что чем больше гей-семей – тем больше упорядоченности и меньше СПИДа. А почему мало браков, почему принятие закона не приводит к росту числа пар? Любому тяжело найти свою половинку. И еще, я думаю, нужно время для того, чтобы люди поняли, что могут оформить брак и не стать изгоями, что общество их примет.

- Быть может, от вступления в однополые браки останавливает нежелание хранить верность одному партнеру, ограничивать свою свободу?

Олег: Понятие верности настолько размыто, что уже не поддается определению. И это не какая-то особая проблема геев. Останавливает не боязнь стеснить свободу, а страх за карьеру. Один может быть открытым геем и в таком качестве устроиться на работу – а другому это психологически не под силу.
Да и трудности быта тоже заедают. Трудно гей-семье снять квартиру, невозможно оформить право наследования. А тут еще проблема нехватки денег, бедность. В конечном счете, во многом решающим фактором оказывается культурный уровень людей.

- Что нужно для того, чтобы пара была устойчивой?

Олег: Влияют и возраст, и разница в возрасте, и социальное положение. А как конкретно влияют – трудно сказать, никто ведь не проводил таких исследований.

- Почему многие геи не хотят искать себе партнера среди геев, а присматриваются к гетеросексуалам? Нет ли здесь аналогии с отношениями в паре «мужчина-женщина», когда он мечтает соблазнить девственницу, для которой будет первым?

Олег: Нельзя говорить, что все геи прямо-таки хотят встречаться с гетеросексуалами. Это не так. Ведь влюбляешься в человека, не анализируя его ориентацию.
Быть может, иногда геи пытаются разгадать других мужчин, подозревая, что те еще не осознали свою би- или гомосексуальность. Они ищут людей с латентным течением гомосексуальности, так сказать «геев внутри». Ведь таких много. Я знаю мужчин, которые только после сорока поняли, чего они хотят.
Столько лет зажатости, комплексов, нереализованных стремлений, вымученно-вынужденных связей… Ведь иные и женятся скоропалительно, и семьи заводят только для того, чтобы заглушить в себе внутренний компас, который указывает правильную ориентацию. И потом, где-то к 40-45-ти, они, вырастив детей, открыв и познав себя, говорят себе, что жизнь могла и должна была сложиться по-другому. Эти людим понимают, что могут комфортно ощущать себя только как геи. И, быть может, иногда взрослому мужчине хочется облегчить кому-то все муки, через которые он сам прошел. Что-то вроде комплекса отцовства, что и заставляет ухаживать за юношами-гетеросексуалами.

- Приходилось слышать о том, что ребята, которые ходят на дискотеки для геев, слишком, что ли, манерные, зачем-то играют роли слащаво женственно-изломанных особ, пафосных, как сейчас говорят… Откуда берется эта линия поведения? Она востребована? Или она отталкивает?

Олег: Это тоже одна из причин того, что некоторые геи избегают компаний других геев. Мужчина-гей остается мужчиной, какую бы роль он ни играл в постели. И в этом вся проблема - не стараться быть женственным. Гею нужен полноценный партнер-мужчина. А трансгендеры и травести – это совсем другое. Это или двуликость, стремление переодеваться в одежду иного пола, или ощущение себя существом иного пола, поиск своего пола вплоть до хирургического вмешательства. У нас в Николаеве такие есть. Но это – уже другая тема.

- А возраст имеет значение? Мужчины стремятся завладеть душами и телами молодых парней – а что делать гею после сорока?

Олег: У нас постоянных однополых пар так мало, что нельзя обобщать. Все, опять же, зависит от общей культуры. Если есть любовь, если люди готовы к тому, что после периода романтических отношений придет что-то другое, – тогда у этой пары есть будущее. Если романтика развеивается, а дальше – пустота, люди расстаются. Я, кстати, знаю немало пар, которые, утрачивая сексуальное влечение, оставались друзьями, сохраняли интерес и доверие друг к другу.

- …Что редко бывает между мужчной и женщиной.

Олег: Ну, в любом случае с ними остаются какие-то воспоминания.

- Существует ли проблема лидерства в отношениях?

Андрей: У нас все как-то спонтанно решается. Мы все решения взвешиваем, обсуждаем вместе.

- У вас общий бюджет? Общая, так сказать, тумбочка?

Олег и Андрей: Да. У нас общий сейф.

- А как к вам относятся окружающие в Николаеве?

Олег: Мы боялись агрессии. Но этого нет. Соседи знают все прекрасно, приходят на чай, смотрим вместе фильмы. К нам соседка заходит, которой под сорок, и как-то роняет фразу: мол, откуда вы знаете, ваша я или нет, может, я одна из вас? Она с нами общается, ей интересно.

- То есть гомофобия пропадает, если знакомишься с геем и находишь в нем человечность?

Олег:Повторю, все зависит от интеллекта. Чтобы увидеть человечность в человеке, нужен интеллект. А есть люди, которые из-за ограниченности жизнь воспринимают по той ее составляющей, которая ниже пояса.

У нас в обществе мало культуры в целом, а своей гей-культуры вообще нет. И это самое страшное. Ее до сих пор никто не формирует. К нам хлынула западная гей-культура. Но она не универсальна. Мы должны начать диалог с обществом – выработать правила и играть по правилам. Пока что мы набиваем себе шишки, пытаясь эпатировать публику, например, целоваться на людях...

Андрей: На нас недавно напали, когда мы шли с работы. Олег не растерялся, дрался с двумя, я - с одним. У них был пистолет. Теперь уголовное дело висит нераскрытое.

Олег: Милиция очень странно реагирует. Говорят, что мы ошиблись, что не было пистолета. Одного из нападавших мы опознали, он по другому делу освобожден условно досрочно. Второй учится в академии милиции в Киеве. По сути, идет противодействие законной процедуре уголовного процесса. Причем ясно, что это не было банальное ограбление. Отобрали у нас два мобильных телефона, потому что грабителей интересовала база данных. В тот же день эти же люди напали на других членов сообщества ЛГБТ. Мы направили материалы и в ОБСЕ, и в ПАСЕ. Но сейчас на Украине такая сумятица, что не до этого.

- Николаевская ассоциация ЛИГА сотрудничает с политическими партиями?

Олег: Процесс пошел. Но, опять же из-за нестабильности, он не набирает темпов. Партии интересуются нами, прощупывают, пытаются просчитать как потенциальный электорат. Но все это делается непублично. Включить в партийные программы какие-то положения о борьбе за равноправие пока нереально.

Однако реально начать работать над законодательством о не дискриминации. Такой проект мы разрабатываем с коалицией ВИЧ-сервисных организаций Украины. У нас несколько иные возможности, нежели в Молдове. Общественные организации могут инициировать через парламентский клуб обсуждение законопроектов, в том числе о не дискриминации. В марте должны были начаться такие слушания, должна была состояться встреча с партиями – коммунистической и регионов, но опять же, помешали известные события. Тем не менее, верховная рада сейчас обсуждает проект нового трудового кодекса, в котором будут предусмотрены санкции за увольнение по признаку сексуальной ориентации.

- На Западе права сексуальных меньшинств продвигают, как правило, маргинальные леворадикальные группировки. Вас это не пугает – вдруг и у нас так будет?

Олег: Нет, не пугает. Отмечу, что, когда у власти была оранжевая коалиция, с нами диалог вели, и мы слышали друг друга. Эти партии не высказывались агрессивно, готовы были искать компромисс. Сейчас украинские коммунисты нащупывают с нами пути диалога, хотя иногда достаточно агрессивно. Опять-таки, открыто они не высказываются в нашу защиту, но они готовы выступать в рамках борьбы за демократию, права человека, права социальных групп. Политики вынуждены реагировать на то, что такие люди, как мы, есть, что нас не мало, что мы перестали бояться и стали говорить о своих проблемах вслух.

- Если евроинтеграция будет углубляться – нашим странам придется жить по стандартам Европы. Первыми это поняли гастарбайтеры. Остальным еще предстоит узнать, что гомофобия, ксенофобия и расизм – нечто позорное, что в цивилизованном обществе скрывают как пороки. Для многих это будет неприятное открытие: люди привыкли жить в мире со своим пещерным менталитетом, обращенным исключительно на то, что ниже пояса.

Олег и Андрей: Да, придется понять, что вопрос о том, кто с кем спит и как - не для дискуссий. Обсуждаются другие вещи – что человек может сделать для общества и что общество может сделать для него!

Елена Замура

Что хуже – быть геем или импотентом?

Штефан: О! Госпожа Елена, мое почтение Вам! Рад почитывать Ваши статьи! Вы всегда пишите интересно, злободневно и с душой. Сегодня хочу приветствовать лично Вас, но не тему что затронули. Она мне как-то не по нутру, далека от восприятия и понимания человеком, природой ориентированным женщиной любоваться, а не брать в засос такого же, как и он, хотя, кому-то она в самый раз. Но для этого, этим представителям «нетрадиционной» ориентации не обязательно организовывать такую рекламу. Если парни ранее сторонились лишних глаз и рекламы - значит не так все это и приветствуется в народе.

Автор: Спасибо за добрые слова в мой адрес. Не забудьте, что вы собираетесь жить по стандартам Европы, а евростандарт - это терпимость и уважение ко всем. То, как живут эти парни, как раз ЕВРОСТАНДАРТ. А вот осуждать их, в представлении европейца, - значит проявлять свою совковость.

Мало ли что «не приветствуется в народе». Сейчас в народе не приветствуются честность, трудолюбие и добросовестность. Что касается природы - то, о чем вам рассказали, и есть природа, не с Марса же эти люди прилетели. Рекламу им никто не делает. Просто каждый имеет право высказаться.

Штефан: Нет, чтоб написать красивую историю о ней и о нём, да еще и с красивым финалом. Разве такое в наше время не бывает? По-моему, любая 15-летняя девочка об этом мечтает. Газету с такой статьей она под подушкой держать будет. Парнишка, весь в размышлениях, как подойти и что сказать той, что слишком часто теребит душу и не дает засыпать по ночам. В ее присутствии рук своих не знает куда деть. Это и есть первые чувства любви.

Я не против этих двоих, пусть они лобызают друг друга, это их право, но зачем мне, и не только мне, показывать то, что по природе нам чуждо? Это ж, какая нежность пробуждается в нашей душе, когда вспоминаем прочитанное о Татьяне Лариной, Анне Каренине, 13-летней Джульетте. И как вписать в этот ряд естественных стремлений мужчины к женщине этих жлобов с их засосами и т. д.? Я не осуждаю их, я хочу, чтоб один такой казус (1 на 100 000) не преподносился нам как нечто обыденное и повсеместное, повседневное и распространенное. Такие пары исключение из правил, и мы должны относиться к этому как к нечто необычному и противоестественному. Не осуждать, но и не возвышать их. Они не вундеркинды какие-то, они, всего-то, исключение из правил, и притом, не самое лучшее исключение.

Автор: Вы находите для этих людей такие гадкие слова, а потом подчеркиваете, что их не осуждаете. И тут же опять говорите, что все это - противоестественно. Вы - гомофоб, хотя и стараетесь выглядеть цивилизованным. Так что в Европу вас не пустят. Будете жить в СССР. Виртуально. Потому что физически жить в СССР уже невозможно.

Мы считаем, что любовь есть любовь - пусть между ковбоями Джоном и Джоном, пусть между ковбоем Джоном и девушкой Кэти. И вас никто не заставляет про это читать. Купите газету с Джульеттой и держите ее под подушкой на здоровье…

Сержиу: Автору – молодец! И тем, кто поддерживает гомосексуалов – BRAVO. А те, которые не понимают всего этого, пусть лучше сидят там, где сидят. Не обязательно быть геем, чтобы поддерживать гомосексуалов. Они просто замечательные: хорошие друзья, хорошие люди. А не как те, сори, п <> ы, которые осуждают их, и делают им проблемы. Я со своей женой дружим с такими людьми, и всегда рады помочь им, поддержать во всем.

Все за демократию, за права человека… Хватит коммунизма и фашизма. Достаточно! Если мы хотим в Евросоюз, то должны принимать всех такими, какие есть. А если нет, тогда идите в Сибирь, и живите там. А в жизнь других не вмешивайтесь. И долой гомофобию!

Автор Штефану: Вопрос на засыпку. Почему мужчины всегда так страшно боятся, что их примут за геев? Не все, конечно... Мне кажется, это какое-то странное проявление комплекса неполноценности. Уверенный в себе и востребованный мужчина безразличен к тому, как он смотрится со стороны, и он не будет всем без конца доказывать, что он «не из этих», тем более, когда его не спрашивают. Почему никто не доказывает, что он не импотент? И что хуже - быть геем или импотентом?

www.baza.md

Всего комментариев : 0
avatar

 

 ПОПУЛЯРНОЕ

Мэр Ивано-Франковска отказал геям в праве быть патриотами Украины

CityDog опубликовал статью о закрытой ЛГБТ-вечеринке, «засветив» ее участников. Нарушен закон о СМИ?

Гей-пара сыграла первую в истории Кипра публичную однополую свадьбу

В китайских сериалах запретили секс, ведьм и геев

ВПА призывает к повсеместной декриминализации гомосексуальности

 ПОСЛЕДНЕЕ

Игротека Queerspace состоится 13 апреля

Презентация книги «Женский активизм в Беларуси»

Без «радужных флагов», но вместе со всеми

ВПА призывает к повсеместной декриминализации гомосексуальности

Балтийский прайд 2016 пройдет в Вильнюсе с 16 по 22 июня

 

ТЕГИ ❯

 

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ ❯